В своем последнем обращении к населению Великой Колумбии Освободитель писал: «Колумбийцы! Вы являетесь свидетелями моих усилий обеспечить свободу там, где господствовал ранее деспотизм. Я трудился с самопожертвованием, не щадя своего имущества, ни спокойствия. Я оставил власть, когда убедился, что вы сомневаетесь в моем бескорыстии. Мои враги использовали вашу доверчивость и растоптали все самое для меня святое — мою репутацию и любовь к свободе. В час прощания любовь к вам обязывает меня высказать последнее пожелание. У меня нет другой славы, кроме как укрепление Колумбии. Все должны трудиться на благо единства. Колумбийцы! В предсмертный час я думаю о благе родины. Если моя смерть будет способствовать прекращению раздоров и укреплению единства, я без ропота сойду в могилу» 1Т.

Всю свою жизнь великий патриот вел упорную и трудную борьбу за свободу латиноамериканских народов, за полную независимость молодых латиноамериканских государств. Много препятствий встречал он на этом пути и самым серьезным из них была политика, проводившаяся в отношении латиноамериканских республик Соединенными Штатами Америки.

В начале войны за независимость США провозгласили «строгий нейтралитет». Официальное же признание ими молодых государств последовало лишь в 1822 г. Но и этот формальный шаг не помешал Соединенным Штатам поставлять своим союзникам-испанцам оружие до конца войны. Не случайно Боливар писал Сантандеру: «Я рекомендую вам усилить бдительность в отношении североамериканцев, зачастивших к нашим берегам. Они способны продать Колумбию за один реал».

Полководец понимал, что американцы, даже когда они оказывают ту или иную услугу своим южным соседям, руководствуются корыстными интересами, прежде всего стремлением заполучить обширный рынок. Поэтому он с обоснованным недоверием относился к политике Вашингтона, опасаясь, что, сбросив колониальный гнет Испании, республики Латинской Америки в дальнейшем попадут под «опеку» своих новых «друзей».

Проискам и намерениям США Боливар старался противопоставить единство государств континента. Он мечтал заключить такой пакт между ними, который, «объединив их в единый политический организм, позволил бы Америке предстать перед миром в ореоле величия, какого не знали народы древности».

Но именно формированию такого союза и противились всеми силами Соединенные Штаты (так же, как и Англия). Освободитель поэтому имел все основания воскликнуть: «Соединенные Штаты кажутся предназначенными провидением, чтобы приносить Америке несчастья от имени свободы!».

Еще задолго до изгнания испанцев из Южной Америки США не только начали пристально следить за происходившими там событиями, но и пытались направлять их развитие в выгодное для себя русло. Соответствующую политику проводили они и после обретения большинством латиноамериканских стран независимости. Всякий, кто вставал на пути проникновения Соединенных Штатов в страны к югу от Рио-Гранде, превращался для них в «персону нон грата».