Восстание 20 июля в Санта-фе-де-Богота послужило сигналом для образования правительственных хунт из представителей креольской знати в других городах колонии. Новая Гранада распалась на 22 самоуправляющиеся провинции, часть которых отказалась признать власть Мадрида.

В это время ловким политиканам из столичной хунты удается усыпить бдительность бедноты: вице-короля тайно вывозят из Боготы, а народного предводителя Карбонеля заключают в тюрьму. Действуя в интересах помещиков, столичная хунта отменяет коллективную форму владения землей индейцами — «ресгуардос», по существу лишая аборигенов земли. Им оставляют лишь небольшие наделы (не более 0,5 га на семью), а лучшие земли, принадлежавшие общине, передают помещикам-креолам. (Эта акция позволяет ответить на вопрос, почему повстанцам первоначально в Новой Гранаде не удалось привлечь на свою сторону аборигенов.)

В ноябре 1811 г. была создана конфедерация Соединенные провинции Новой Гранады, главным органом которой стал Верховный конгресс, наделенный функциями исполнительной, законодательной и судебной власти. В качестве самостоятельных государств в нее вошли провинции Антиокия и Памплона, города Тунха и Картахена. Государство Кундинамарка со столицей в Боготе в конфедерацию вступить отказалось, хотя позднее провозгласило полную независимость от Испании (июль 1813 г.). Соперничество между унитариями и федералистами было столь активным, что в 1812 г. вылилось в вооруженную борьбу. По существу была развязана первая и одна из

Многих гражданских войн, которыми изобилует колумбийская история.

В конфронтацию были втянуты и такие видные политические деятели, о которых говорилось выше, как А. Нариньо и К. Торрес.

А. Нариньо, избранный президентом Кундинамарки, принадлежал к унитариям и выступал за создание централизованной республики. К. Торрес принадлежал к федералистам — именно им в пику Нариньо был разработан «Акт федерации» о создании Соединенных провинций Новой Гранады. Чтобы подорвать власть Нариньо, Торрес установил местопребывание Верховного конгресса не в Боготе, а в городе Ибаге.

Противоречия между А. Нариньо и К. Торресом усугублялись различиями в области социально-политических взглядов. А. Нариньо, придя к власти, издал ряд постановлений, которые облегчали положение городской бедноты, на монетах приказал чеканить изображение молодой индианки как олицетворение колумбийской нации. К. Торрес являлся выразителем взглядов креольской верхушки, стремившейся, свергнув господство Испании, установить свою власть. «Простой народ» К. Торрес вообще исключал из сферы общественной жизни.

Когда отношения между Соединенными провинциями Новой Гранады и Кундинамаркой резко обострились, А. Нариньо обратился к народу с призывом о помощи. И народ его поддержал: была сформирована добровольческая армия, которая выступила против сил конфедерации. В городе Сокорро (где когда-то начиналось восстание комунерос), в провинции Тунха и в ряде других мест восставший народ, сбросив власть местных хунт, присоединился к войскам Нариньо. Несмотря на успех проведенных операций, Нариньо вступил в переговоры с Верховным конгрессом, считая, что в момент надвигавшейся серьезной угрозы — возможной реставрации королевской власти — патриоты не должны проливать кровь в междоусобной войне. Однако Торрес объявил правительство Кундинамарки вне закона, и военные действия возобновились.