Многие люди, примыкавшие к Интернационалу в 70-х годах, не столько понимали и сознательно разделяли его программу, сколько повиновались стихийному чувству протеста, возмущения и солидарности. Итальянские историки единодушно подчеркивают «религиозный» характер социализма в своей стране.

Удивляться не приходится: страна была отсталой, безграмотной, католической, в социализм верили, как в приход Мессии. Вальяни пишет: «Одна из причин, объясняющих преобладание в раннем итальянском социализме мятежно-романтических тенденций, заключается в архаически-религиозном, мифологическом складе народной психики в обширных крестьянских зонах Италии в тот период. Анд-реа Коста видел эту традицию уже после 1870 г. даже в более передовой Романье. Это порождало революциона-ризм — как в гарибальдийской традиции, так и в традиции „доброго разбойника". Из этого возникла также коммунистически-религиозная ересь в Монте-Амиата».

Это движение связано с именем Давиде Ладзаретти, которого население его района (юго-восток Тосканы) называло «пророком» или «мессией». Он родился в 1834 г., по профессии был ломовым извозчиком, но при этом человеком грамотным. Ладзаретти участвовал как волонтер в событиях, приведших к объединению, бывал во Франции. Вначале он был атеистом и сочувствовал республиканцам, но после «чудесного видения» обратился к религии. Бурная деятельность Ладзаретти развернулась в 1869 г., когда правительство ввело налог на помол, который ударил по интересам крестьян и вызвал серьезные волнения. В конце 1870 г. Ладзаретти выработал свою доктрину «Пророческие рескрипты, пробуждение народов». Это была удивительная амальгама из религиозных и социальных мотивов. Вот текст гимна ладзареттистов: «Мы — верные солдаты Христа, мы стремимся завоевать души печальных и добрых; каждой нечестивой душе мы несем веру. Да здравствуют Республика, Господь и Свобода. Мы — избранники, мы народ божий, нас охраняют небеса; мы истребим всех нечестивцев, всех злодеев, всех врагов Христа» \ На знамени было написано: «Республика и Царство Божие».

Власти относились к движению очень подозрительно, засылали шпионов. В донесении префекта Л. Берти министру внутренних дел говорилось, что Ладзаретти «про-поведывал коммунизм» и призывал, «чтобы бедные захватили земли, которыми до тех пор владели богатые»5. Не вполне ясно, понимали ли крестьяне слово «республика», либо слепо верили «мессии». Известны некоторые их лозунги: «Мира и милосердия», «Не платить больше налогов». «Иначе распределить землю», «Иначе делить продукты, которые дает земля», «Установить республику». Финал был трагическим. 18 августа 1878 г. (после «парламентской революции», когда в стране опять шли крестьянские волнения) Ладзареттп и несколько сот его последователей спустились с гор в долину со своими знаменами. Их ждали карабинеры. Официальная версия гласила, что карабинеры уговаривали всех вернуться домой, но будто бы Ладзаретти крикнул: «Король — это я! Люди, действуйте, защитите меня, обезоружьте их!». Началась стрельба, многие (в том числе и Ладзаретти) были убиты, многие арестованы.

В «Тюремных тетрадях» Грамши посвящает Ладзаретти несколько замечательных страниц. Он пишет, в частности, что Ладзаретти вовсе не был убит во время стычки с карабинерами: его хладнокровно и сознательно расстреляли позднее. Затем он анализирует политический и социальный смысл всех этих событий: имелась причина, по которой правительство сознательно стремилось физически уничтожить лидера «движения, в котором республиканские тенденции были причудливо смешаны с религиозным и пророческим элементом» 6. Грамши считал, что ладзареттистское движение было связано с ватиканским «поп expedite и показало правительству, что именно поэтому в крестьянских массах могли возникать элементарные по типу ферменты народных бунтов. Таким образом, особый интерес в этой «ереси» представляет именно переплетение религиозных, социальных и политических моментов.