Обладая необыкновенным даром тонкого наблюдателя и знатока природы, А. В. Елисеев умел в художественной форме описать ее. Его поэтический гимн лесу, описание фиордов, природы пустыни и т. д. до сего времени не сходят со страниц хрестоматий по физической географии.

Но не только в этом большая заслуга русского путешественника, как чаще всего склонны считать большинство его исследователей. Так, в некоторых рецензиях на четырехтомный труд А. В. Елисеева «По белу свету» (первый том вышел в 1894 г., а последующие — уже после его смерти прежде всего отмечается «картинное описание природы» и ни слова не говорится о научных заслугах автора. Мало того, у некоторых рецензентов, особенно критически настроенных к описаниям А. В. Елисеева, говорится, что они не могут удовлетворить более или менее требовательного читателя. Такая оценка труда А. В. Елисеева несправедлива, как несправедливы обвинения в его адрес по поводу малой научной значимости его путешествий.

Описания его путешествий 80—90-х годов по Финляндии, Серверной Африке, Передней Азии и Дальнему Востоку имеют "большое научное значение и изобилуют не только географиче-i сними фактами, но и сохранившими до наших дней научный интерес обобщениями. Любознательность и тонкая наблюдательность неутомимого путешественника дали возможность собрать богатый материал для его будущего учебника по геогра-| фии. В 1886 г. А. В. Елисеев издает такой учебник «Основания рациональной географии» для высших классов гимназии и пе-I дагогических курсов. Критикуя существующие учебники по географии, А. В. Елисеев отмечает, что они схоластичны, в них

«разбирается лишь отдельность частей, но не взаимная связь их». Жизнь земли как целого, «изыскание связей и взаимных отношений между различными органами земли» составляет суть землеведения, или «рациональной географии». Под «жизнью-планеты» он понимает беспрерывные изменения, происходящие на поверхности ее под действием всей «совокупности сил». При изложении материала он постоянно говорит о принципе взаимных связей «всех частей земли», которые, «подобно целому, имели начало, живут и изменяются, для того чтобы умереть в свой черед, уступив свое место новым формам и новым явлениям». В этом положительное значение взглядов А. В. Елисеева.

Но в отношении показа связей человека и природы А. В. Елисеев стоит на ошибочных позициях географического детерминизма. «Все изменения, физические и умственные, обусловливающие разнообразие человеческих типов, порождаются влиянием климата и среды, в которые поставлена та или другая группа людей»,— пишет А. В. Елисеев [6, с. 209]. Этот же подход характерен для многих глав учебника, что снижает значение труда А. В. Елисеева с теоретико-методологической точки -зрения.

Говоря «о внешних и внутренних органах земли» (первые, по А. В. Елисееву, это части береговой линии и очертания материка, вторые — рельеф, реки, озера и т. д.), он широко пользуется сравнительным методом. В учебнике встречаются многие интересные наблюдения, например: «Все великие пустыни мира — Сахара, Гоби, Аравийская, части Иранской входят в-полосу земель, имеющих много общего как по рельефу, так и по развитию органического мира». Правда, ряд его аналогий проведен в основном в духе О. Пешеля и А. Гюйо, т. е. на чисто внешних признаках — географическом протяжении, форме расчленения и т. д.