Фактически в выборах 27 января 186 I г. приняли участие только 57,2% из тех, кто был внесен в избирательные списки. Иными словами, избиратели проявили крайнюю пассивность. Тут, очевидно, сыграло роль и то, что сторонники старых режимов не могли сорганизоваться и выдвинуть своих кандидатов. Определенное влияние оказал и призыв дона Марготти: «Ne eletti, пё elettori», опубликованный в «Гармония.» 8 января. Кавур, однако, был чрезвычайно доволен выборами, заявил со свойственным ему прагматическим цинизмом, что депутатов оппозиционных групп было избрано ровно столько, сколько нужно было для того, чтобы парламент «не носил характера монополии». В общем, новый парламент объединенной Италии носил вполне определенный «кавуровский « отпечаток: в нем было внушительное умеренное большинство и небольшое, но активное левое меньшинство. Так как оформленных политических партий, в современной понимании этого слова, в Италии тогда не было, четт: е размежевание но признаку политических группировок было невозможно. Канделоро дает четкое определение: поскольку крайне правые реакционные группы почти исчезли с политической арены, «умеренно либеральная партия Кавура, в действительности являвшаяся правоцентристской партией, стала попросту правой и сохранила за собой это место в политической жизни объединенной Италии» 2.

После смерти Кавура на протяжении пятнадцати лет власть находилась в руках «Исторической правой». Следует сказать об этом термине подробнее. Под определениями «Историческая правая» и «Историческая левая» не следует понимать политические партии в современном смысле, т. е. централизованные организации с оформленным членством, выборными руководящими органами, регулярно проводимыми съездами, уплатой членских взносов и т. д. К «Исторической правой» следует отнести умеренное крыло либералов, сторонников и последователей Кавура. «Историческая левая» также оформилась как политическое течение в 60-х годах; в нее входило левое крыло умеренных и часть бывших демократов, в прошлом игравших видную роль в «Партии действия» Мадзини. Лидером «Исторической левой» был Агостино Депретис (1813—1887), который мадзинистом не был, но в свое время сочувствовал мадзинистскому движению.

На протяжении пятнадцати лет, пока у власти находилась «Историческая правая», менялись люди и группировки, комбинации и правительственные «формулы». Среди тех, кто в те годы возглавлял правительство, был флорентийский барон Беттино Риказоли, который при жизни Кавура не раз резко спорил с ним и не мог считаться «естественным преемником». Но он обладал большим личным престижем благодаря своей твердости, энергии и высоким моральным качествам. Однако уже в марте 1862 г. его сменил тот самый Урбано Раттацци, с которым в свое время Кавур вступил в connubio. Это был человек хитрый и ловкий, гибкий, опытный во всякого рода дворцовых и иных интригах. Его поддерживал король и небольшая, но влиятельная группа «левого центра», которая была тогда сильна в Пьемонте и имела контакты как с правым, так и с умеренным крылом левых, возглавляемым Депретисом. Эту группу «левого центра» стали тогда называть «третья партия». Но в силу ряда обстоятельств Раттацци удержался у власти всего десять месяцев. Его сменил Луиджи Карло Фарини, в прошлом крупный деятель Рисорджименто, пользовавшийся доверием Кавура. Однако вскоре у него обнаружились признаки душевной болезни и он оставался на своем посту лпшь формально, а фактически правительство возглавил человек просвещенный, министр финансов Франко Мингетги. Они оставались у власти около двадцати двух месяцев, затем их сменил Ла Мармора, продержавшийся около полутора лет. Потом опять Риказоли, и опять Раттацци и т. д.,— это далеко не все, достаточно сказать, что колода перетасовывалась.