Осенью 1897 г. в связи с тяжелым экономическим положением в стране еще более обострилась атмосфера всеобщего недовольства. Зимой 1897—1898 гг. прокатилась волна демонстраций: протестовали и против повышения цен на хлеб и против расправы властей с бастующими. 6 мая, после того как власти запретили распространение одной социалистической листовки, в Милане произошли бурные столкновения рабочих с полицией. Пять дней шли баррикадные бои, было убито около 80 человек, ранено до 500. Действовали пехота, кавалерия и артиллерия. Репрессии коснулись в первую очередь социалистов, но также и католиков. Из Милана волнения перебросились в другие города, были арестованы многие тысячи людей, возобновились военные суды.

По данным Анджолини, в одном лишь Милане после майских дней состоялось 129 судебных процессов, число обвиняемых достигло 828 человек, из них 36 женщин и 224 несовершеннолетних. Самьши громкими, как пишет Анджолини, были суды над журналистами и депутатами. Суд над журналистами начался 16 июня, среди обвиняемых были Анна Кулишова, редактор влиятельной газеты «Секоло» («Век») Карло Ромусси и дон Алхбертарио, редактор газеты «Католический обозреватель».

В «Тюремных тетрадях» Грамши упоминает о формуле «Италия реальная и Италия законная» и, в связи с ней, о позиции клерикалов. Он считает формулу правильной в том смысле, что действительно существовал и сильно ощущался резкий разрыв между государством и обществом. Государство могло подавлять конфликты, носившие спорадический и локальный характер, возникавшие не одновременно и не имевшие общенациональной связи. Что до католиков, то клерикализм «не был политически однородным и боялся тех самых масс, которые отчасти контролировал. Политическая формула «поп expedite была именно выражением этого страха и неуверенности. Бойкот парламента, казавшийся резко непримиримой позицией, в действительности был выражением самого плоского оппортунизма. Однако позиция клерикалов, заключавшаяся в том, чтобы поддеряшвать «статическую» напряженность между государством и гражданским обществом, объективно была подрывной. И каидая новая организация, создапная силами, которые тем временем созревали в обществе, могла пользоваться этим, как маневренным плацдармом, для того, чтобы свергнуть режим конституционной монархии. Поэтому реакция 1898 г. обрушилась совместно и на социализм и на клерикализм, справедливо считая их одинаково „подрывными44 и — объективно — союзниками».