Сложность внутриполитического положения усугублялась ожесточенным соперничеством между либералами и консерваторами, несколько поутихшим в конце второй мировой войны, а затем вспыхнувшим с новой силой. Вражда между двумя партиями приобретала теперь к тому же классовую окраску. Гайтанизм, вызвавший заметную радикализацию либеральной партии в целом, и особенно ее левого крыла, ассоциировался для консерваторов не просто с обычной оппозиционностью, а с чем-то неприемлемым в принципе, угрожающим основам существующего строя.

И консерваторы стали действовать. Участились случаи политических убийств. В январе 1948 г. в департаменте Северный Сантандер дело дошло до настоящей гражданской войны. В крупнейших городах департамента Кальдас между отрядами консерваторов и либералов велись ожесточенные уличные бои.

В этих условиях либеральная партия отозвала своих представителей из правительства. 7 февраля того же года в Боготе состоялись 100-тысячная демонстрация и митинг либералов. На митинге с яркой речью выступил Гайтан, потребовавший от консерваторов прекращения террора.

Народный лидер верил в возможность мирного решения споров и политических конфликтов. Этой вере не противоречили и заявления правительства. Правда, оно осуждало репрессии и кровопролитие лишь на словах, а практически ничего не делало для их прекращения.

Страна вновь подошла к рубежу гражданской войны.

Политические страсти в Колумбии подогревались и подготовкой, которая велась в те дни к предстоящей в

Боготе IX Панамериканской конференции министров иностранных дел, перед которой стояла задача создать Организацию американских государств (ОАГ).

На конференции США попытались сколотить антикоммунистический блок под своей эгидой. Такому намерению как нельзя лучше отвечало то, что на конференции председательствовал новый министр иностранных дел Колумбии махровый антикоммунист Л. Гомес.

Узнав о подготавливаемых госдепартаментом США резолюциях, Гайтан созвал совещание либералов — членов колумбийской делегации 10. На нем было выдвинуто требование снять Л. Гомеса с поста председателя этой конференции и были осуждены проекты документов, которые пыталась протащить американская делегация. Это уже был открытый вызов Вашингтону.