Четвертого августа 1872 г. в Римини собрались делегаты, представлявшие 21 итальянскую секцию Интернационала. Среди них были Кафьеро, Чельсо Черетти и двое людей, которым предстояло сыграть первостепенную роль в истории итальянского анархизма: Андреа Коста (1851—1910) и Эррико Малатеста (1853—1932). За несколько недель до того, 10 июля, Генеральный Совет сообщил, что в начале сентября в Гааге состоится очередной, V конгресс Международного Товарищества Рабочих. 29 июля Маркс писал Людвигу Кугельману: «На конгрессе Интернационала (открывается 2 сентября в Гааге) речь будет идти о жизни или смерти Интернационала».

Конференция в Римини продлилась три дня. С самого .начала стало очевидным, что Кафьеро, чье влияние было явно преобладающим, хочет решить самый главный вопрос: о взаимоотношениях с Генеральным Советом. Испанцы прислали конференции послание и настойчиво советовали послать в Гаагу сильную и представительную делегацию. Конференция постановила «передать интернационалистам Испании, которые письменно рекомендуют нам высоко держать знамя Анархии и Коллективизма на конгрессе в Гааге, наш братский привет». За этим следует такой пункт: «Товарищам из Секции пропаганды и революционного действия из Женевы, которые призывают нас требовать упразднения Генерального Совета и поддерживать полную автономию отдельных групп,— послать привет, как и братьям в Испании, и слова поддержки ввиду их особого положения».

Было решено, что Итальянская федерация будет состоять из различных автономных секций в Италии, «рассматривая название Итальянская федерация лишь как простое категориальное обозначение, которое не отнимает у заграничных секций права вступать с ней в федерацию, а у итальянских секций права федерироваться с заграничными». В качестве устава Итальянской федерации был принят устав Неаполитанской секции. Затем делегаты обсудили IX резолюцию Лондонской конференции и заявили, что эта резолюция «является отрицанием революционных чувств итальянского пролетариата». Наконец, обсудив вопрос об участии или неучастии в конгрессе в Гааге, конференция заявила, что «Итальянская федерация, порвав всякие узы солидарности с Генеральным Советом, предлагает созвать 2 сентября всеобщий конгресс в Невшателе, в Швейцарии».

Конференция в Римини закончилась возгласами «Да здравствует социальная революция»; отчет обо всех заседаниях конференции подписали «председатель Карло Кафьеро, секретарь Андреа Коста» 47. Все официальные документы конференции в Римини были опубликованы в газете «Революционе сочиале» («Социальная революция»). 23 августа Энгельс адресовал четырем итальянским секциям — Милана, Турина, Феррары и Рима, официально признанным Интернационалом,— «Обращение Генерального Совета к итальянским секциям Международного Товарищества Рабочих по поводу конференции в Римини». Энгельс писал, что из всех секций, представленных в Римини, только одна, Неаполитанская, принадлежит к Интернационалу. Остальные двадцать секций, приславших делегатов в Римини, не выполнили условий, определенных Уставом. «Следовательно, — писал Энгельс,— никакой итальянской федерации Международного Товарищества Рабочих не существует. Те же, кто претендуют на ее создание, образуют свой собственный интернационал, вне великого Товарищества Рабочих»