Необходимость слияния рабочего движения с социалистами понимали многие. Но, по мнению Косты, операисты отнюдь не должны были стать организованной базой социализма, поскольку они играли такую же роль, как и все другие течения. Миланская лига достигла в постановке этой проблемы несравненно большей зрелости. В послании Турати ясно определены два предварительных условия, необходимых для создания политической партии рабочего класса: надо одновременно провести водораздел с буржуазной радикальной политикой и преодолеть экономизм операистов. На первый план выдвигается coscien-za emancipatrice, т. е. осознание конечной цели освобождения рабочего класса. Социалисты, со своей стороны, не должны выродиться в «академию диспутантов». Манакорда считает, что «практически речь шла о том, чтобы определить роль интеллигентов-социалистов в рабочем движении». Коста не мог найти решения этой проблемы, Лабриола в то время представлял себе скорее союз организованных рабочих и «социалистов-теоретиков» — союз, но не слияние. Манакорда пишет, что «Турати, который в Милане имел конкретный опыт взаимоотношений между социалистической лигой и Рабочей партией, реалистичнее схватывал политический аспект проблемы,

ц поэтому ему удалось найти ясное теоретическое определение. Он признавал необходимость участия интеллигентов-социалистов буржуазного происхождения в образовании „рабочей и социалистической партии". Он считал правильной концепцию, согласно которой социалистическое сознание не может родиться из спонтанного, первоначального движения, но вносится в это движение интеллигентами, вышедшими из среды буржуазии».

Эта идея повторяется во многих документах и письмах Турати. Нести социализм в рабочее движение, дать социалистической партии классовую пролетарскую социальную базу и дать этой базе социалистическое сознание — значит преодолеть экономизм и предубеждения против политики. Для этого нужно было, конечно, утверждение новой социалистической политики, которая не смешивалась бы с буржуазно-демократической, ибо экономизм коренился именно в отождествлении всякой политики с республиканской или радикальной. Манакорда очень высоко оценивает позицию Турати в эти годы. Франко Ка-талано также пишет, что в этот момент деятельность Турати и Кулишовой была эффективнее, нежели деятельность Лабриолы, поскольку Лабриола был прав теоретически, а Турати — практически. Попытаемся представить себе Турати, каким он был к моменту создания «Критика сочиале», к началу переписки с Энгельсом. Даже пе верится, что это — тот самый человек, который в юности страдал тяжелой неврастенией, замыкался в себе, был склонен к чрезмерной рефлексии. Ему немногим более тридцати лет. Человек ясного ума, с большим запасом врожденного здравого смысла, наконец нашедший себя, он предстает перед нами как неутомимый организатор, бескорыстный, с полной убеячденностью принявший идеи научного социализма. Его идеал — Германская социал-демократическая партия, которую он с гордостью называет «наша партия». Именно в эти годы он работает над созданием такой же партии в Италии, работает с поразительной энергией, преодолевая массу сложностей, лавируя и настаивая, пуская в ход личные дружеские связи, обаяние, красноречие, сколачивая круг людей, которых надеялся объединить.

Опасностей было много. Прежде всего, анархисты. Кроме того, надо было считаться с тем, что анархистам симпатизировали многие из операистов, и Турати надо было проявлять большой такт. Джерратана, впрочем, полемизирует с Манакордой и другими по вопросу о том, кто — Турати или Лабриола — лучше представлял себе, как надо строить отношения между интеллигентами-социалистами и рабочими. Рабочая партия, после испытанных ею жестоких преследований, в большинстве своем уже шла за социалистами, но пекоторые из ее организаторов все еще яростно защищали принципы операпзма и противились образованию политической партии. С ними смыкались анархисты, принципиальные противники всякой политической борьбы. Предстояло решающее столкновение двух течений. С одной стороны, операисты, близкие к анархистам, и анархисты, с другой — миланские социалисты, блокировавшиеся с участниками так называемого коллективистско-республиканского течения и с несколькими склонявшимися к социализму радикальными группами.